4 мая родилась Одри Хепберн – оскароносная актриса, а также икона стиля ХХ века.

Одри не была похожа на других звезд своего времени – чувственных красавиц с пышными формами. Её любили за хрупкость, непосредственность и аристократизм. Весь мир был уверен в том, что Одри, как и ее героиня в фильме “Римские каникулы”, настоящая принцесса – настолько благородным был её облик.

В детстве Одри очень любила шоколад и поглощала его в невероятных количествах. Как писала потом сама Хепберн, “шоколад был единственной любовью, и он меня ни разу не предал”. Заметив, что дочь толстеет, её мать велела прятать от нее шоколад, а сама объяснила Одри: есть так много – неприлично, истинная леди не должна весить больше 50 килограммов! Одри послушалась – и всю жизнь сохраняла вес около 49 килограммов. Но достигала этого дорогой ценой: от переживаний она вообще переставала есть

В годы войны, от постоянного голода у Одри развилось малокровие, началась желтуха. Всё это, несомненно, наложило отпечаток на внешность будущей звезды: её хрупкая, тонкая фигура и огромные, словно испуганные глаза – явные следы тех тяжелых лет.

Одри мечтала стать балериной и вскоре после окончания войны вновь вернулась к занятиям в классе. Когда стало ясно, что великой балериной Одри не стать, она начала работать для модных каталогов, была манекенщицей, участвовала в рекламе. Параллельно Одри работа в ночном клубе Ciro, где, несмотря на немодную худобу, пользовалась большим успехом. Для имитации бюста Одри засовывала в лифчик два свернутых носка. Всего через несколько лет Билли Уайлдер назовет Одри “девушкой, благодаря которой роскошные женские бюсты выйдут из моды”. Ради участия в шоу Одри пришлось оставить с занятиями балетом. Режиссеры быстро заметили необычное лицо молодой актрисы, и Одри стали приглашать на эпизоды. В 1951-52 годах Хепберн появилась в шести картинах, впрочем, критика ее игнорировала.

На съемках ее очередного фильма “Мы едем в Монте-Карло”, где Одри играла кинозвезду в платье от Диора – кстати, платье должно было стать основной частью ее гонорара за фильм, – Одри заметила знаменитая писательница Колетт, несколько месяцев искавшая исполнительницу главной роли в бродвейском спектакле по своему роману “Жижи” про девочку-женщину, невинную и порочную одновременно. Увидев Одри, Колет послала телеграмму в Нью-Йорк: “Я нашла свою Жижи! Она великолепна!” После долгих уговоров Хепберн согласилась. Тогда же студия Paramount предложила Одри сыграть принцессу Анну в фильме “Римские каникулы” при условии, что Одри изменит фамилию – опасались претензий со стороны Кэтрин Хепберн. Одри не пошла им навстречу: “Если вы хотите получить меня, придется взять меня вместе с именем”.

Успех фильма был необыкновенным. Свежесть, очарование и безыскусность Одри покорили зрителей. Уайлер везде называл Одри третьим, после Греты Гарбо и Ингрид Бергман, чудом киногеничности. За роль принцессы Анны Одри Хепберн – неопытная и неумелая – получила “Оскара”. Её костюм в фильме – темная юбка, мужская рубашка, перехваченная в талии широким ремнем (талия у Одри была всего 50 сантиметров!), носки и туфли на низком каблуке – на несколько лет стал эталоном для модниц по всему миру. А стрижка “под Хепберн” оставалась на пике популярности несколько десятилетий.

Ещё до выхода “Римских каникул” в прокат Одри предложили главную роль в фильме “Сабрина” – про настоящую Золушку, нашедшую своего принца. Этот фильм принес Одри главное знакомство ее жизни – Юбера де Живанши. Было решено, что парижские туалеты Сабрины должен делать парижский кутюрье. Первоначально предполагали обратиться к Кристобалю Баленсиаге, но тот отказался. Тогда Одри предложила кандидатуру Живанши – с его работами она познакомилась ещё во время съемок “Мы едем в Монте-Карло”. Живанши только что ушел от Эльзы Скиапарелли и основал собственное ателье. Узнав о приходе “мисс Хепберн”, Живанши ожидал увидеть Кэтрин.Однако на пороге ателье появилась Одри – стройная, элегантная, словно рожденная для моделей Живанши. Союз актрисы и Кутюрье длился всю жизнь. Живанши создал её стиль, с её легкой руки классически простые модели маэстро с заостренными геометрическими линиями, пояса и вырез “лодочкой” стали классикой. В честь Одри Живанши назвал одну из тканей “Сабрина”, и ей же он посвятил свои духи L’Interdit – лично для нее он делал эти духи в особой концентрации. Одри ничего не получала за то, что была музой Живанши и лицом его Дома. Даже духи ей приходилось покупать за свои деньги: актриса, которую сегодня именуют не иначе как “иконой стиля”, была убеждена, что комплименты ее красоте – это признание таланта Кутюрье. Порой она считала себя безнадежно некрасивой, стеснялась своей худобы – а в нарядах от Живанши чувствовала себя уверенно.

И в мюзикле “Забавная мордашка” – комедии о мире модных журналов, где её партнером был сам Фред Астер – Одри половину фильма проводит в нарядах от Живанши. На его кандидатуре как художника по костюмам Хепберн стремилась настоять всякий раз, когда её приглашали сниматься. По сути дела, это был ее единственный каприз – все поражались тому, с какой скромностью она держалась. Во время съемок “Мордашки” случился только один скандал: Одри наотрез отказывалась исполнять танец в баре в белых носочках на черное трико. Носочки казались ей ужасными, они уродовали и укорачивали ноги, она уверяла, что из-за этих носков фильм обречен на провал. Режиссер настоял, объяснив, что иначе ее ног на темном фоне вообще не будет видно. Одри подчинилась. И после выхода фильма на улицах всех столиц появились девушки в точно таких же носочках, надетых на черные чулки!

После рождения ребенка Одри предложили главную роль в экранизации романа Трумана Капоте “Завтрак у Тиффани”. Сам Капоте видел в этой роли свою подругу, Мэрилин Монро. Тем не менее, Одри Хепберн с блеском справилась с задачей и была номинирована на “Оскар”. Облик Холи Голайтли – чёрное платье от Givenchy, нитка жемчуга, длинные перчатки и высокая прическа – до сих пор источник постоянных цитат.

Следующим успехом стал фильм “Как украсть миллион”. Живанши создал для Одри новый образ: аккуратная стрижка с начесом, короткая юбка, костюм в “елочку” и огромные выпуклые солнечные очки.
Зато в следующей картине, “Двое в дороге”, Одри, вынужденная по решению режиссера отказаться от услуг Живанши, носит платье-рубашку из металлических дисков от Пако Рабанна и купленные в обычном универмаге трикотажные блузы, пластиковую кепку и черный комбинезон. Как писал один известный журнал мод, “Одри Хепберн в фильме “Двое в дороге” – урок всем тем девицам, которые считают, что если вы перешагнули 30-летний барьер, вам ничего не остается, как подобрать волосы и повязать платок пониже. Одри доказывает, что это не так”.